Политика Китая на Кавказе: вернется ли сюда Шелковый путь?

16 Мая 2017 11:23
Политика Китая на Кавказе: вернется ли сюда Шелковый путь?

Кавказ всегда был яблоком раздора для великих держав. Интересовали их здесь торговые пути и с недавних пор ресурсы. В древности на Кавказ посягали Иран и ираноязычные аланы. В средние века к ним прибавилась Турция в лице тогдашней Османской империи. В Новое время на Кавказ крепко ступила Россия, остающаяся в регионе наиболее влиятельной из великих держав. 

Нынешняя конъюнктура такова, что Турция и Иран могут лишь рассчитывать «иметь долю» в экономическом пространстве Кавказа, не претендуя на крупные геополитические проекты. Между тем их историческое место в наше время заняли две далекие от Кавказа великие державы – США и Китай. И если с США все ясно – Кавказ им нужен как компонент установления порядка Pax Americana над Евразией, и они уже добились успеха в Грузии, то с Китаем не все так однозначно.

Поднебесная вообще у многих вызывает подозрения. Уж слишком нехарактерно ее поведение для великих держав. Политика Пекина характеризуется дисбалансом между экономическими возможностями этой страны и вовлеченностью в глобальные геополитические процессы. Ведь политика, как известно, это искусство возможного. Китай может, но не делает многие вещи. Некоторые эксперты считают, что дракон набирается сил, чтобы потом громогласно заявить свое слово в международных делах. Что ж, все может быть. Определенно можно сказать, что пока что интересы Китая на Кавказе ограничиваются экономическим аспектом.

Кавказ является одним из звеньев на пути наземных перевозок китайских товаров к потребителям в Европу. Именно с этой точки зрения регион интересен Поднебесной. Особо в связи с этим отмечают грузинский глубоководный порт Анаклия и железнодорожный путь Баку-Тбилиси-Карс. Это логистические проекты, которые должны стать частью амбициозной стратегии Второго шелкового пути. Согласно ей, Поднебесная планирует связать Европу и Китай густой сетью логистических цепей, которые позволили бы в быстрые сроки доставлять китайские товары на запад.

Некоторые эксперты считают, что разрабатываемая Китаем стратегия Великого Шелкового пути подобна высокогорному тоннелю для велосипедов – то есть очень дорогостоящий инфраструктурный проект для малозначимой цели. Приблизительная сумма инвестиций – настоящих и планируемых – зашкалила за астрономическую сумму в триллион долларов США. При этом возникает вопрос – будет ли ощутимым спрос на эти перевозки в нужных объемах?! Обычная транспортировка товаров из Китая хоть и занимает около месяца, но благодаря морским перевозкам чрезвычайно дешева, чем и привлекает предпринимателей. При этом железнодорожные перевозки, хоть и намного быстрее морских, но и значительно дороже, что не может не сказаться на итоговой стоимости продукции и понизит конкурентоспособность китайских товаров. Возможно также, что расчет идет не только на обслуживание транспортировки китайских товаров, но и вообще любых грузов других стран, которые может обслужить контролируемая китайским капиталом инфраструктура.


Вкупе с тем, что будущее проекта Второго шелкового пути в регионе пока не обрело ясного очертания, осторожный скептицизм китайского руководства относительно вовлечения в регион легко понять. Возможно, что цель данной стратегии не только экономическая, но и геополитическая. Очень легко повлиять на политику стран, если контролировать их логистическую инфраструктуру – артерии их экономики. Возможно, этим и вызвано желание китайцев диверсифицировать свою трансевразийскую железнодорожную сеть – пропустив главные пути не через Россию, а другие, южные государства Азии. Ведь пытаться влиять на политику России через контроль определенных логистических ресурсов не самая лучшая идея – можно вступить в ненужную конфронтацию с ядерной державой.

Тем временем в США вызревает революционный транспортно-логистический проект известного миллиардера-новатора Илона Маска Hyperloop. Если проект будет успешным и его начнут реализовывать, то вся воздвигаемая китайским капиталом железнодорожная инфраструктура проекта Великого Шелкового пути в мгновение устареет и станет неактуальным. Авторы Hyperloop обещают улучшить перевозки по всем параметрам – существенно увеличить скорость и снизить стоимость перевозок.

Между тем отношение Китая к своим перспективам в Закавказье временами меняется. Власти Поднебесной не ставят под сомнение стратегическую важность региона, тогда как довольно скептичны в отношении его коммерческого потенциала. Характерно и то, что в закавказские проекты – логистические и жилищные – Китай вкладывается на уровне частных компаний, тогда как в других странах, Казахстане и России например, их проекты финансировались китайскими госбанками.


На протяжении 2016 года китайское правительство направило целый поток высшего и среднего звена чиновников в Азербайджан. Особо примечателен в этой связи визит члена Политбюро Чжан Гаоли в июне, а затем совместное заседание министров по вопросам коммерческого сотрудничества в августе. Китайские чиновники и Huawei также принимали участие в международной выставке Bakutel 2016 с участием президента Алиева, который посетил китайский павильон. Министерские совещания были полезны для крупных китайских строительных и коммунальных компаний. Благодаря этим контактам китайская строительная госкомпания China Triumph International Engineering Group (CTIEC Group) стала одной из первых китайских компаний, занимающихся основными строительными проектами в Азербайджане. Азербайджан был так же щедр в предоставлении крупным коммерческим китайским банкам обширных налоговых льгот по процентной ставке. Тем не менее эти налоговые льготы не были столь эффективны, чтобы побудить китайские банки открывать филиалы в Баку.

Развитие отношений Китая и Грузии сопряжены с успехом реформирования экономики этой страны. В прошлом году странам удалось договориться о свободной торговле и они подписали меморандум о взаимопонимании. Китай, к примеру, уже стал вторым рынком сбыта грузинских вин после России. Институциональные преимущества и налоговые послабления были также соблазнительны для китайских компаний, они привлекли их в свободные индустриальные зоны, где товары, производимые для рынков ЕС, освобождаются от всех видов налогов, кроме подоходного налога физлиц. Особенно активна в Грузии китайская компания Хуалинь, занимающаяся амбициозными жилищно-строительными проектами.

В то же время пока рано говорить о том, что у китайско-закавказского сотрудничества впереди большое будущее. Капитал идет туда, где у покупателя толстый кошелек. Пока уровень зарплат в странах Закавказья остается довольно низким – от страны к стране он варьируется в пределах от 150 до 250 долларов США. А значит, регион не сулит больших выгод. Немалую роль играет и безопасность. Наличие трех неурегулированных территориальных конфликтов в столь небольшом регионе придает ему ауру нестабильности и опасности, что портит его инвестиционное восприятие.

Юнус Эфендиев


141



Мероприятия, посвященные памяти Героев России, первого Президента Чеченской Республики Ахматхаджи Ка...
Магомед Лахидов, 65-летний житель села Нижний Чирюрт Кизилюртовского района  Республики Дагестан рыб...
На открытом Всероссийском турнире по киокусинкай «Кубок Каспия»,  который проходил  в Астрахани, даг...
Открытый турнир по футболу памяти Героя России, афганца Нухидина Гаджиева состоялся в селе Нагуратли...
Не так давно в КВН прозвучала шутка, мол, в рамках помощи республикам Северного Кавказа правительств...

Какой глава республики нужен Дагестану?






  






СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ

Адыгея Дагестан Ингушетия Кабардино-Балкария Карачаево-Черкесия Северная Осетия-Алания Чечня

ЮЖНЫЙ КАВКАЗ

Азербайджан Армения Грузия Абхазия Южная Осетия